Нео-татибы. Фиолетовые: анархо-трансгуманизм и азеркины

(автор: gest)

«Фиолетовые» — это у нас трансгуманисты, как идеология и политическое движение («Трансгуманизм» на схеме fortunatus‘а). Исторически возникают, как левое крыло синей татибы.

В принципе, уже сейчас становится заметно, что в недрах западной синей вызревает какое-то новое движение, более радикальное, нетерпимое и равнодушное к традиционным ценностям синей татибы, типа свободы слова, уважения по отношению к чужому мнению, готовности к компромиссам и терпимости к людям. К носителям «старой» версии синей татибы они относятся по принципу «старомыслы не нутрят ангсоц».

«Фиолетовые» развивалась от синей татибы в сторону красной, то есть в сторону меньшего доверия к людям, при сохранении критичного отношения к институтам.

Это ещё не красный гностицизм, его делением людей на классы и делением классов на «чистые» и «нечистые» (где «нечистые» подлежат ликвидации), но это крайне скептичное отношение к цивилам, «биоцисам» (биологическим представителям вида «хомо сапиенс»), которые являются орудием угнетения «трансов» и источником постоянной угрозы для них. «Цисы всегда будут хотеть нас уничтожить, цисам веры нет. Сдохни, цисская мразь!»

Urban Dictionary:

«Цис — сокр. от «цисгендерный», означает людей, которые идентифицируют себя с собственным биологическим полом. Обычно используются нытиками на tumblr’е, которые жалуются, что никто их не принимает такими, какие они есть, при этом одновременно ругая «цисов» за то, что те имели наглость родиться и довольствоваться полом, который они получили при рождении…

«Цисгендерный», противоположный «трансгендерному».

Иногда используется в качестве оскорбления…

Цис — потому что, когда мы называем людей без гендерной дисфории нормальными, это акт угнетения, так как подразумевается, что можно просто родиться с пенисом или вагиной и на основании одного этого уже считаться мужчиной или женщиной.

Примеры словоупотребления:

Сдохни, цисская мразь!

Ты грёбанный белый цис-мужик! Ты не имеешь права рассуждать о проблемах лгбтабвгд!

Термин, используемый крикливыми и невоспитанными трансгендерными личностями, чтобы скрыть тот факт, что они — отклонение от нормы».

Сейчас это звучит смешно и убого, но ведь и младенец рождается на свет уродливым, крикливым, бесполезным и беспомощным. Теперь представим, что право на неортодоксальную сексуальную ориентацию (гей, би, а-, моно, кибер) и возможность поменять свой пол (хирургически и юридически, необязательно совмещая одно с другим) — это лишь малая часть того, что вообще можно изменить в человеке, и что человек может захотеть в себе изменить. И что итогом подобных изменений будет разумное существо, но уже не совсем человек, или совсем не человек.

Итак, фиолетовые — это чистые хаотики, CN — анархисты, не признающие никаких правил, кроме тех, на которые они сами добровольно подписались.

Образ развития: Трансформация (интенсивное развитие) + Уничтожение.

В данном случае — усовершенствование своего тела, тотальное изменение своей биологической природы, отрицание биологических («врождённых») ограничений и критериев, через это — уничтожение старой системы социальных отношений, целиком построенной на биологических ярлыках. Эволюция человечества — дело рук самого человека, конкретного индивида. Истоки подобных убеждений можно отыскать аж в шестидесятых годах двадцатого века, когда энтузиасты проводили опыты по расширению сознания химическими средствами с целью осуществления эволюционного скачка. Таро Тимоти Лири (Game of Life) — настоящий манифест трансгуманизма (написан в 1970е годы). Суть: человечество стоит на распутье, альтернатива следующая. Либо убогое существование в качестве «человейника», когда социум будет развиваться, а человек — деградировать в качестве винтика, «клетки» социального организма. Либо эволюция каждой отдельной личности в сторону развития возможностей собственного тела и сознания, где в дальней перспективе — обретение физического бессмертия и превращение в «звёздного бога».

Если что, сейчас у нас на повестке дня пятый контур:

Пятый контур, нейросоматический. Осознание себя, как своего тела. Понимание своего тела, как источника радости и удовольствия, что открывает путь к полному контролю над всеми функциями организма. Марихуана, тантрический секс, космическая экспансия.

13. «Повешенный» — человек в невесомости. Жизнь в космосе, совершенная координация движений, трёхмерное мышление, рассчёт орбит в уме, выход за рамки ограниченной земной морали.
14. «Смерть» — белый конь. Трансформация тела, трансгуманизм, адаптация под самые экстремальные внешние условия, смерть человечества, как единого вида.
15. «Умеренность» — закрытый контур сексуальных энергий. Тантрический союз двоих, обретение высшей формы своего «Я» в другом человеке.

Сразу скажу следующее. С точки зрения футуристического сеттинга, мы сами решаем, какой у нас там достигнут уровень технологического развития, и, следовательно, насколько далеко зашло трансгуманистическое движение в своих возможностях, что они конкретно могут с собой сделать, а что остаётся просто желаниями и декларацией намерений; насколько сильно их влияние на мир, и существуют ли зоны, где носители соответствующих убеждений стали доминирующей группой.

Исторически, «фиолетовые» зародились, как пёстрая коалиция людей, мечтающих изменить своё тело, не нашедших понимания среди обычных людей и социума в целом, а потому критично настроенных по отношению к обычным людям и социуму в целом. Радикально настроенные представители LGBTQ/LGBT+ коммьюнити; фурри и азеркины, отказывающиеся считать себя представителями вида «хомо сапиенс»; любители экстремального боди-моддинга; классические трансгуманисты и любители расширять сознание по заветам Лири (или, попросту, «ширяться»). Все они встретились в мировой сети, без сети их бы не было. Естественно, вскоре после возникновения сам «движ» начал трансформироваться и меняться, вместо со своими участниками.

Одна из тенденций, указывающих в «фиолетовую» сторону — это, например, косплей, как явление, а точнее, возникновение професссиональных косплееров, зарабатывающих на жизнь своей способностью создавать яркие и уникальные образы. Потом — популяризация и нормализация концепции «альтеров», альтер-эго, изначально посредством икон поп-культуры (Саша Фирс у Бейонси, Слим Шейди у Эминема, Харадзюку Барби и Роман Золански у Ники Минаж). То есть, расширяя — человек имеет право заявить, что делит своё тело с другой личностью, диверсифицировать своё альтер-эго за счёт поведения и манеры одеваться, другие люди должны это уважать и принимать. На текущий момент это ролевая игра в контролируемое расщепление личности, но в будущем, возможно, к это приведёт к попыткам создания «альтеров» за счёт химических и технических средств. В ту же категорию попадает право человека на «тульпу» (см.), и тут, опять же, техника может придти на помощь воображению. Опять же, раз я упомянул «азеркинов» — человек имеет право выдумать собственную разумную расу, а затем идентифицировать себя с ней (это уже есть); в будущем человек также сможет изменять свою внешность и физиологию в сторону своей истинной (сконструированной) природы.

С точки зрения «Поздневековья«… так, напомню. «Поздневековье» fortunatus‘а — это тотальный образ будущего, все обитатели этого мира живут в Поздневековье. Но в рамках нашего умозрительного сеттинга, «Поздневековье» — это одна из возможных тенденций, соответствующая представлениям о мире в рамках конкретной идейной позиции, «зелёной» татибы: «Моё «Поздневековье» — мир победивших зелёных» (с). Это всего-лишь одна из граней сеттинга, одна из нескольких тем, звучащих там. Так вот, даже в «Поздневековье» есть факторы, играющие на руку «фиолетовым» (хотя они «анти-зелёные»):

«Типичный представитель среднего класса — чиновник или менеджер госкорпорации — по сравнению со своим предком эпохи постмодерна, вёл жизнь более бедную и несвободную, зато защищённую и предсказуемую. Он жил и работал в одной и той же аркологии. Он никогда не летал на самолёте, разве что по служебной надобности, не отдыхал на курортах и вообще редко покидал родную аркологию… Его работа — управление всевозможной информацией — происходила преимущественно в виртуальных мирах, и там же он проводил свободное время.

Жизнь в виртуальном мире — ярком, агрессивном, динамичном — с лихвой компенсировала для него однообразие и зарегулированность реальной жизни, а связи с товарищами по игровым командам и кланам были намного важнее родственных».

Если твоя работа связана с обработкой информации, ты можешь не выходить из дому, никто не знает, как ты выглядишь, какие у тебя закидоны и на что ты тратишь свои средства. Правительство, конечно, знает, но ему по большей части плевать. Пропаганда «фиолетовых» идей ведётся через сеть, сеть же даёт человеку возможность обрести семью, клан и единомышленников, если он не может полагаться на своих биологических родственников.

При этом, как обычно, «фиолетовое» движение будет включать в себя большое количество людей, которые будут разделять соответствующие убеждения и сочувствовать им, даже если сами не решаться подвергнуть себя биомодификации и киберпротезированию. Яркие лидеры движухи, передовой край трансформации человечества, будут их идолами и кумирами. («Считать ли участниками французского Сопротивления тех, кто просто слушал английское радио? А если это само по себе было актом неповиновения, за который оккупационные власти наказывали?»)

Наконец, при необходимости соблюдать некий корпоративный стандарт внешности, возможно появление «оборотней» — людей, поддерживающих две формы тела, цис- и альтернативную. При этом, альтернативное тело может надеваться на цис-био, подобно костюму (фурсьют, «лягушачья кожа»), но именно оно будет считаться настоящим и подлинным.

Отношение к законам «фиолетовые» унаследовали от синей татибы, но творчески углубили и развили.

«Развитие полемики само заставило юристов и политиков отказаться от ограниченной позиции, основанной на конституционном прецеденте и прибегнуть к основополагающим догмам новой религии. «Священные права человечества, — писал Гамильтон, — не следует искать среди старых пергаментов или заплесневелых записей. Они записаны, словно солнечным лучом, в целом томе человеческой природы рукой самого Божества и никогда не могут быть стёрты или затушёваны»».

Если тебе чего-то хочется, но нельзя, то ты идёшь и пишешь манифест, в котором сводишь запрещённую вещь к базовым правам Личности. Соответственно, любые законы, запрещающие подобное, сами по себе незаконны и не имеют силы. Затем ты выкладываешь манифест в сеть.

Кто-то прочтёт, согласится с мыслью, но струсит. А кто-то начнёт руководствоваться подобными манифестами в жизни. И кого-то, конечно, поймают.

Если тебя поймали на чём-то незаконном, бери пример с классических анархистов (включай дурака, говори, что это был не ты, а твоё альтер-эго). Заявляй, что закон был нарушен по политическим мотивам. Что власти не имеют права тебя преследовать, это угнетение и дискриминация. Превращай свой процесс в «суд над судьями, тюремщиками и палачами». Зарабатывай широкую общественную поддержку, собирай лайки, становись иконой и мучеником своего движения. «Сначала тебя не замечают. Потом над тобой смеются. Потом на тебя нападают и пытаются сжечь на костре. Потом тебе ставят памятники«. (Это работает только с «оранжевыми«, которые верят в права человека. «Зелёные» слишком сильно любят свои законы, а «серые» считают гуманизм глупым человеческим предрассудком. Но с «оранжевыми» работает.)

В текущих условиях, конечно, основополагающим документом «фиолетовых» будет анонимный Вики-манифест, с возможностью вносить правки и откатывать правки (+ совокупная история всех правок и архив дискуссий). Где будет, например, сказано, что право на жизнь и свободу абсолютно, что смерть — это тоже право, а не обязанность, что человек — это Личность, и как Личность, он имеет право на автономность и самостоятельное изменение и трансформацию собственного тела и сознания, на защиту своих прав, если им что-либо угрожает, независимо от того, признаются ли эти права внешним арбитром.

О чём ещё там может идти речь? Например, Личность обладает социальными, сексуальными, репродуктивными правами, которые не могут быть отторгнуты. Право на аборт — это частный случай репродуктивных прав Личности, право Личности (независимо от пола) уничтожить зародыш, содержащий генетический материал Личности, если зародыш не является Личностью. В то же время, и по тем же причинам, Личность имеет право создать зародыш, содержащий её генетический материал. (Если геи имеют право заключать браки, имеют ли геи право заводить детей? Вопрос даже не совсем теоретический: «Японские молекулярные биологи впервые смогли превратить «перепрограммированные» клетки кожи мышей в полноценные яйцеклетки«. В дальней, но вполне вероятной перспективе — возможность получения потомства от двух самок, двух самцов или от одной и той же особи в роли мамы и папы. Если две лесбиянки могут друг от друга забеременеть, имеют ли они право это сделать? Если нет, то почему? Если да, то почему человек не имеет право родить ребёнка от самого себя? Или родить своего идентичного близнеца-клона?) В общем, группа полноправных граждан в количестве от 1 до n имеет право, с согласия участников, модифицировать свои тела, заниматься сексом, размножаться, заключать брачный договор, объявлять о создании независимого государства, эмитировать свою валюту, защищать свои жизни, имущество и территорию. Да, человек имеет право вывести геномодифицированную собаку со своим ДНК, например.

Информация — это Личность. (Любая достаточно сложная информация.) Это служит поправкой к праву на аборты — прекращать беременность можно, генетическую информацию уничтожать нельзя. Теоретически, это принцип внесли «на вырост», в расчёте на будущее, когда станет возможна полная «оцифровка» личности. Личность, сама по себе — это понятие динамическое, квантовое; слепок личности статичен (на основании этого многие утверждают, что оцифровка личности невозможна в принципе). Но если запись существует, она является Личностью, даже если в данный момент это просто информация. (Даже полноценная Личность может быть погружена в стазис или замедлить свой информационный метаболизм до такой степени, что постороннему наблюдателю она будет казаться статичной структурой, разве нет?) Уничтожение записи Личности будет уничтожением Личности, по очевидным причинам. Следовательно, информация = Личность. И если у двух разных людей окажутся одни и те же воспоминания (или один и тот же генетический код), это не даст никому из них власти над другим, поскольку они оба Личности.

В конкретной ситуации эта правка была внесена в Вики-манифест влившимися в движение фэнами-фикрайтерами и любителями копилефта (а кто его не любит?). Информация (как Личность) не может быть объектом запретительного права. Хранение, копирование и воспроизведение информации (в том числе, засекреченной информации) отражает право Личности на бессмертие. Никакой владелец преимущественных прав на информационный контент, например, на фильм, не может запретить другим людям писать фанфики про этот фильм; снять свой фильм про героев этого фильма; перемонтировать существующий фильм и дополнить его собственным контентом, а затем распространять его в таком качестве. [Понятно, что крупные корпорации против.]

В связи с этим противники «фиолетовой» позиции утверждают, что «фиолетовые» уважают только одно право собственности — своё собственное.

Очевидным противоречием в рамках анархичной и сверхиндивидуалистичной «фиолетовой» идеологии является то, что один человек не в силах реализовать заявленные в Вики-манифесте права, для этого нужен социум. Один человек себе даже пирсинг и татуировку с трудом сделает, не говоря уже о глубоком киберпротезировании. Здесь «фиолетовые» воспользовались различными идеям из синего и красного арсенала, типа коммун, самоуправления, дружин самообороны, «холакратии«. Система взаимозачёта строится на кибервалюте и репутации в рамках проекта, и выросла из системы распространения легального, полулегального и нелегального контента по сети, без утраты этой первичной функции. Понятно, что подобные социальные практики зависят от технологий и были бы невозможны в прошлом.

Учитывая, что право расширять своё сознание за счёт химических и электронных средств относится к базовым правам Личности (и включает в себя право на производство, хранение и распространение вышеупомянутых средств), «фиолетовые» крепко оседлали наркобизнес. Ещё одна традиционная сфера их интересов — киберпреступность. О всяком там подпольном киберпротизировании и аугментировании и говорить не приходится, это их конёк.

[Я понимаю, что сложно представить наших трансгендеров и фуррей в роли организованной преступности, они в массе своей крайне безобидны. Но во-первых, это уже не «наши», а их сильно мутировавшие идейные потомки. Во-вторых, «я — очень доброе существо, но вот мой альтер…». В третьих, уровень агрессии и транслируемый биологический статус можно регулировать за счёт изменения гормонального уровня, с киберимплантами это раз плюнуть, всяко проще, чем пол поменять. И да — если киберипланты и киберпротезы позволяют получить преимущество над простыми, неаугментированными людьми, то у бандитов они будут. Но это, в свою очередь, сделает бандитов «трансами» и заставит их более внимательно относится к интересам «трансов» в целом. Бытие определяет сознание.]

Возникает резонный вопрос, кто за ними стоит. «За Гитлером стояли монополии. За доном Рэбой не стоял никто» (с). Казалось бы, тренд у нас на усиление государственного контроля, хотя бы в рамках «Поздневековья»:

«По сравнению с постмодерном, мир поздневековья стал более авторитарным. Вошла в норму такая степень государственно-полицейского надзора над частной жизнью граждан, какая человеку модерна показалась бы тиранической. Тотальная видеослежка, запись личных телекоммуникаций, обязательное ношение вживлённых радиомаячков — всё это вначале было введено для осуждённых преступников, затем распространено на подозреваемых и «нелояльных гражданскому порядку», затем на госслужащих, получателей социальной помощи и, наконец, вообще на всех. Официально эти меры считались «антитеррористическими» и «карантинно-антиэпидемическими». И большинство людей воспринимало их как неизбежное, оправданное зло «в условиях разгула биотерроризма»».

Понятно, что «фиолетовые» будут стараться заползать в трещины между юрисдикциями, находить места, где власть ослабла или её вообще нет. Даже сейчас в мире полно территорий, где юрисдикция де факто очень сильно расходится с юрисдикцией де юре. Вспоминается «армянская» трилогия Карена Налбандяна, где в третьей части толкинисты-интернационалисты вторгались в Нагорный Карабах и превращали непризнанную республику в собственное государство, основанное на идеалах Средиземья. Но всё-таки? Очевидно, что государство сожрёт любых анархистов и даже не подавится. И любая крупная корпорация сотрёт в порошок отдельных людей (если их не поддержит государство), потому что корпорация — это Система.

С другой стороны, «фиолетовые» хорошо знают о «принципе V», образно продемонстированном в комиксе «V — значит Вендетта» Алана Мура. Каким образом анонимный квир-анархист мог ставить на уши Систему, построенную на постоянной слежке и контроле, оставаясь при этом невидимым и неуловимым? Спойлер: потому что V контролировал Систему, Система = V. Чем сложнее система, и чем больше она зависит от технических средств, тем неочевиднее механизм принятия решений в рамках системы для рядового элемента системы. Тем большее шансов, что цели системы не совпадают с целями её элементов — и тем меньше шансов (парадоксально) у отдельного элемента осознать это несовпадение и отрефлексировать его. «Человейник» необычайно могуществен, но, в конце концов, он может оказаться глупее отдельного человека, не находящегося под властью «человейника».

…Так, сейчас, я ещё одну вещь забыл упомянуть. Я про «зелёных» ещё не рассказывал, но если очень сильно утрировать, то «зелёные» — это идейные совки и люди, которые уже живут в Поздневековье. Как таковые, они склонны делать запасы и ничего не выкидывать (идеал накопления и экономии, а не траты). Идеалы Поздневековья:

«Как это ни покажется странным, довольно скоро образовался избыток энергии. Подобно тому как восточные цари древности скапливали несметные сокровища, которые лежали в их дворцах мёртвым грузом, поздневековые правительства к середине XXII века накопили гигантские «стратегические резервы» энергии в водохранилищах-гидроаккумуляторах. Подобное накопление стало возможным в условиях экономической системы, которая и в других аспектах чем-то напоминала древний Восток».

«…Даже когда эта одежа приходит в совсем уже негодное состояние, а вещи ломаются – всё равно их не выбрасывать, а как-то использовать их для ремонта других старых вещей…  Человек носил одежду так долго, что она изнашивалась чуть ли не до дыр, а такие механические части, как молния, первыми выходили из строя. Продлить срок службы своей одежды – это одна из постоянных идей советского человека… Это вообще один из лозунгов советского человека – не надо выбрасывать что-то, что уже отслужило срок свой службы, потому что это может ещё для чего-нибудь пригодиться… Поэтому умный советский человек на всякий случай не выбрасывал отслужившие свой срок батарейки… И снова тоже самое – «не торопитесь выбрасывать…» Да кто торопится-то? Какой моральный советский человек торопился выбрасывать что-то, что давно уже надо выбросить? Сломалось? Ну ничего. Как-нибудь в хозяйстве пристроим ещё… Всё остальное советский человек перерабатывал до пыли. Он не выбрасывал вообще ничего старого и сломанного, что можно было хоть как-то починить или приспособить позднее в хозяйстве».

Короче, советская мания делать стратегические запасы и всё резервировать: «Только с тройным резервированием и полуторным запасом«.

Я это процитировал к вопросу об экосистеме в целом. «Фиолетовые» предпочитают базироваться среди «оранжевых«, но паразитировать на «зелёных». Потому что система хозяйствования и общие взгляды «зелёных» приводят к образованию излишков, к которым они сами, нередко, не имеют доступа. А попрыгунья-стрекоза имеет право пользоваться запасами трудолюбивого муравья, потому что он биоцис. Сквоттинг, в самом широком толковании, входит в число уважаемых «фиолетовых» традиций — если ресурс не используется владельцем, а лежит мёртвым грузом, его допустимо осваивать.

Очень условный пример. Стоит аркология, гигантский город-небоскрёб с замкнутой инфраструктурой. Когда его строили, его, естественно, строили на вырост, зарезервировав часть внутреннего пространства и систем жизнеобеспечения. В итоге, в этой аркологии заводятся неучтённые помещения, а то и целые этажи, незаконно подключённые к энергосети и прочим системам. Попасть «с улицы» туда нельзя. Казалось бы, это сразу заметно, энергия-то расходуется, число подключений не соответствует числу зарегистрированных пользователей, не порядок. Но кто за этим следит? «Чиновник или менеджер госкорпорации… его работа — управление всевозможной информацией — [происходит] преимущественно в виртуальных мирах«. Он ищет отклонения от заданных параметров — а отклонения от заданных параметров нет, кто-то просто поменял правила игры в целом. Вот если бы чиновник мог распечатать все данные и проверить их вручную, с карандашом, строчка за строчкой, он бы смог заметить нестыковки; впрочем, люди умудрялись прятать такие вещи и в эпоху бумажной бухгалтерии. Я даже не говорю о банальной коррупции, хотя она тоже играет свою роль.

Это «принцип V» — организм можно обмануть так, чтобы он не боролся с паразитом, а защищал его. Доказано природой многократно, в том числе, на примере тех же муравьёв.

Итак, кто стоит за «фиолетовыми»? Во-первых, часть золотой молодёжи и наследных принцев «оранжевых» разделяет идеи «фиолетовых» и восхищается ими — а принцы иногда становятся королями.

Во-вторых, очевидным образом, мегакорпорации, работающие в области медицины, биотехнологий, киберпротезирования и робототехники. «Фиолетовые» привлекают их крайне либеральным подходом к биоэтике. «Фиолетовые» создают рынок сбыта для их продукции — рынок с устойчивым спросом и тенденцией к расширению. Наконец, если называть вещи своими именами, существование «фиолетовых» — это возможность открыто проводить эксперименты на людях. Представители элиты заинтересованы в увеличении продолжительности жизни в целом, и в увеличении активной фазы жизни в частности (бесконечно доживать дряхлым стариком тоже радости мало). Но они хотели бы получить работающую, проверенную технологию, неоднократно испытанную — и испытанную не на крысах или обезьянах. На протяжении многих лет сторонники трансгуманизма добровольно служили полигоном для испытания различных технологий, включая военные, и не всегда эти опыты были удачными. И да, среди руководства мегакорпораций хватает тех, кто не просто потребляет собственную продукцию, а сознательно поддерживает «фиолетовую» платформу.

В-третьих, есть ещё чисто конспирологические варианты. Опять же, fortunatus:

«Компирология (compiracy theory, термин-гибрид из computer и conspiracy theory), разновидность теории заговора, предполагающая, что миром тайно правят искусственные интеллекты (ИИ). Появилась в первой половине 21 в., ныне является популярным мемом и наиболее распространённой конспирологической теорией».

В рамках этой модели, управляющие ИИ поддерживают существование «фиолетовых» и защищают их от других сил, потому что «фиолетовые» служат для проработки вариантов управляемой эволюции человечества, они именно что пробуют все возможные пути. Более того, в рамках одной из компирологических теорий, целью управляющих ИИ является воссоздание мира классической космооперы, где «фиолетовые» заложат основу для будущей эволюционной радиации и заселения других миров «космическими уродами» (на настоящих пришельцев надежды мало). Самые эстетичные образцы косплеерно-азеркинского течения в рамках «фиолетовой» действительно могли бы стать превосходными образцами фантастических рас.

Близко к этому стоит идея о том, что человечество достигло такого уровня сложности и связности, что можно уже говорить о воле человеческой расы в целом, и «фиолетовые» являются её выражением. Одну из стоящих перед человечеством проблем можно сформулировать так. Чтобы развиваться, нужно пробовать новые модели, в том числе, социальные. Например, успех американского эксперимента во многом был связан с тем, что американцы начинали с чистого листа, на их континенте не было феодализма и не было его пережитков. Если бы мы могли сейчас переселиться на девственный континент, мы бы, возможно, сочинили что-нибудь ещё более эффективное, чем республиканские принципы представительной демократии и разделения властей образца второй половины 18 века. Но свободных территорий больше не осталось, нет возможности для экспансии, нет новых континентов. Все территории отравлены наследием предыдущих проектов, удачных и неудачных. Можно, в духе красной татибы, сознательно ломать старое, что бы построить на его месте новое. Но это такое лекарство, которое хуже самой болезни. Да и потом, как там с успехом советского проекта? Построили коммунизм к 1940 году, как клятвенно обещал Ильич? Так вот, «фиолетовые» по самой своей природе постоянно экспериментируют с новыми формами социальной организации, находя трещины в существующем порядке (зоны безвластия и анархии) и отчуждая в свою пользу неиспользуемые пространства (суперсквоттинг), что выгодно человечеству в целом. При этом они не переходят в «следующий размерный класс», то есть не создают очевидной угрозы для геополитических динозавров.

Вдобавок, человечество действительно мечтает встретиться с другими разумными существами, мы не хотим оставаться одни, нам слишком одиноко. Одним из первых эту тенденцию уловил и выразил Толкиен, придумав своих эльфов и гномов (и если на то пошло, орков-гоблинов). «Фиолетовые» воплощают это стремление коллективного бессознательного, создавая альтернативную разумную жизнь при помощи достижений генетики и кибернетики. Поэтому мир играет на их стороне.

(Что касается экспансии в околоземное пространство и Солнечную систему, то «фиолетовые», в принципе, за. Как говорил Лири, кто не попробовал секса в невесомости, тот не постиг пятый контур. А если он такого не говорил, то это его ошибка, не моя.)

Что ещё осталось? Военное дело. «Фиолетовые» — это индивидуальный террор.

Вернее, так. В качестве инструментов навязывания своей воли окружающим, они предпочитают не открытые боевые действия, а диверсии, кибертерроризм, информационную войну, пропаганду и прочую агрессивную «меметику». Многие из них считают свои тела произведением искусства (в ряде случаев, небезосновательно) и не собираются рисковать ими почём зря. В ходе вооружённых столкновений они стараются использовать нелетальные средства. Не из гуманизма и любви к биоцисам (они не особо их любят), но чисто из прагматических соображений. Некоторые из них слишком «расчеловечились», и если начнёт литься кровь, у биоцисов сработает примитивная биологическая реакция, «чужаки-нелюди убивают наших!» После этого разум отключается и переговоры становятся невозможны. В фантазиях, конечно, приятно представлять себе надчеловеческих героев, которые пафосно заявляют в прямом эфире: «Запомните, хьюманы, за одного нашего мы убьём тысячи ваших, мы будем взрывать роддомы, мы станем воплощением ваших ночных кошмаров и страшных сказок». Но в жизни это не работает, размен фигур будет означать поражение трансгуманистов. Поэтому «фиолетовые» учатся гасить конфликты и разряжать обстановку.

Другое дело, индивидуальный террор. Личность имеет право на смерть, и Личность вправе выбирать, когда и как прекратить свой бег наперегонки с Красной Королевой. Есть люди, чья деятельность объективно вредит «фиолетовому» делу, и такие люди получают «чёрную метку», сверхнизкий рейтинг по итогам анонимных опросов. Случается так, что в результате какой-нибудь психически неустойчивый индивид решит уйти красиво, попутно выпилив одиозную фигуру и этим вписав себя в историю движения. Все лидеры «фиолетовых», естественно, лицемерно осуждают такие случаи.

***

В современной массовой культуре «фиолетовое» влияние отражают, например, «Люди-Икс», созданные в 1963 году и попавшие в тренд на волне борьбы за гражданские права. Есть люди, есть мутанты, которые в чём-то круче людей, некоторые из них могут сойти за людей, некоторые — нет, люди их боятся и ненавидят. Некоторые мутанты отвечают людям тем же. Весь спектр: те, кто хочет создать институты с особым статусом, которые позволят мутантам и людям сосуществовать; те, кто хочет отделиться от людей и построить утопию для мутантов; те, кто хочет поработить человечество в качестве расы господ или просто устроить ему экстерминатус. Общий настрой — «мы не одобряем действий тех, кто ведёт борьбу за автономию с использованием террористических методов, но мы признаём их частью нашего коммьюнити».

Затем — сеттинг «Шедоуран» (1989). Произошла всякая херня, магия вернулась, часть людей превратилась в орков и троллей, стали рождаться эльфы, гномы, и чёрт знает кто ещё. Человечество распалось на несколько подвидов. Естественно, отношения между обычными людьми и «металюдьми» непростые.

Из сравнительно недавнего — «V-Wars» (сеттинг, немножко пограбивший «Шедоуран»). Глубокое бурение в Антарктиде выпустило на свободу древний вирус, вирус активировал «мусорную ДНК» у части населения Земли. Заражённые превратились в вампиров — в самые разные разновидности вампиров, настолько разнообразные, как разнообразны человеческие предания о плохих мертвецах и злых духах, пожирающих плоть и пьющих кровь. Выяснилось, что это были не сказки. Теперь заражённым нужно пить кровь, присутствие здорового полнокровного человека может спровоцировать их на инстинктивную атаку, в массе своей они похожи на демонов из ада. Отношения с людьми у них очень непростые, автор разом обыграл отношение и к геям, и к мусульманам. Да, некоторые вампиры действительно геи или мусульмане — были ими до заражения и по-прежнему ими остались. Некоторые звёзды массовой культуры стали вампирами, некоторые вампиры стали звёздами. Некоторые вампиры ушли в отрыв (под воздействием конкретной мутации, или просто от общего скотства) и начали есть людей. Люди ведут себя, как люди, устраивают погромы, насилуют женщин-вампиров, убивают детей-вампиров. Вампиры организуют отряды самообороны. Существуют вампиры-террористы, ведущие свою партизанскую борьбу. Есть вампирское подполье, координирующее действия разных групп. Есть нехорошие спецслужбы, пытающиеся использовать вампиризм для создания биологического оружия и суперсолдат. Есть армейские структуры, созданные для борьбы с отмороженными вампирами. Есть вампиры, способные без проблем выдавать себя за людей, и делающие карьеру в человеческих структурах (в том числе, анти-вампирских), часто просто сохраняя посты, которые были у них до превращения. Президент США (на тот момент, Обама) — это один из таких вампиров. Естественно, верхушка страны и окружение об этом факте знают, но народу не говорят, чтобы не поднимать панику.

Подчеркну — это не вопрос конкретной идеологии, которую выражают данные произведения. Речь о самой ситуации, когда часть человечества перестаёт быть людьми в узко-биологическом смысле.