Десять негритят и универсальное пособие для истолкования любых сюжетов

(автор: gest)
(2011 год)
 

nik_aragua как-то выкладывал универсальное пособие для истолкования любых сюжетов.… (+ подробная версия первого варианта).

На примере «Десяти негритят»:

1. Это глюки главного героя.
2. Они все умерли ещё до начала действия, это их посмертие.
3. Всех убил сам остров.
4. Персонажи от страха поубивали сами себя.

arishai сказала, что «есть ещё такой жжузер gest, так он отображает друг на друга любые множества, если мощность одного кратна мощности другого«(с), а она этим от меня заразилась, и что перечисленные nik_aragua варианты наверняка можно свести к одной из четвёрок.

Тут я задумался…

Хм. Интересная тема.

Сначала нужно определить критерии. «Раскрытие сути» должно выходить за рамки изначального жанра, в данном случае, детектива. Если мы толкуем детектив в духе «они решили, что Петя убил Васю, а на самом деле Васю убил Коля… Миша и Дима не являются невинными жертвами, они с самого начала участвовали в разводке, целью которой был Стёпа», мы просто создаём ещё один детектив.

Потом, главный вопрос. Все ли варианты в равной степени сюжетны? У меня вызывает сомнение второй вариант, «негритят действительно десять, и они убивают друг друга, потому что боятся возмездия», поэтому я и поставил его последним. Безумие, Приключения после смерти, Внешнее Зло — это всё мощные сюжеты. Внешнее Зло уже сорок лет кормит Стивена Кинга («их всех убил остров/отель/город/демон… как метафора, естественно»). Посмертная судьба души связана с тайной смерти, а эта тема неизменно актуальна, как чёрный цвет. Истории про раздвоение-расщепление личности настолько распространены в американской массовой культуре, что читатели журнала nik_aragua решили, что он имеет в виду конкретный фильм.

[Нет, серьёзно, об этом уже был снят фильм. С прямым указанием на роман Агаты Кристи. Он называется «Идентификация» (2003), я его даже посмотрел.]

Последний же сюжет больше подходит для комедии, вроде «Убойных каникул».

Ну ладно.

Я решил изложить сюжетную основу «Десяти негритят» в качестве простой схемы, от которой уже можно плясать. Чтобы постараться нащупать какую-нибудь систему и логику в вышеупомянутом делении.

Группа людей оказывается на острове… Это, пожалуй, два пункта — ограниченное число действующих лиц и замкнутое пространство. Они являются родовым признаком детективов Агаты Кристи — неважно, идёт ли речь об острове, или особняке, подходы к которому занесены снегом, или о железнодорожном вагоне.

Сразу надо сказать, что эти пункты для нас рабочие: безумие оспаривает список действующих лиц, посмертие — место действия (а на самом деле они все уже умерли и находятся на том свете).

Значит, для симметрии, нам нужно ещё два пункта, и при этом они должны отображать особенность сюжета «Десяти негритят». Допустим, убийца всех убивает — это точно отличает данное произведение от других детективов, в которых убивают кого-то. Ну и причины произошедшего внутренние и заключены в персонажах, все действия были совершены ими самими, что как раз является необходимым признаком классического английского детектива, но вызывает шок в сочетании с предыдущим пунктом. Получается, что убийца убил всех, включая самого себя.

(Для сравнения, «Убийство в восточном экспрессе»: группа действующих лиц, замкнутое пространство, одного убивают, в убийстве участвовали все остальные.)

Пожалуй, с этим можно работать. Древнее зло, проклятое место, их всех убивал остров — всё это исключает внутреннюю причину. Убийца не был одним из них. Тогда, действительно, стоит предложить к этому варианту зеркальный — причина внутренняя, но никакого убийцы не было, никто их не убивал. Это близко к тому, что предложил nik_aragua, но без упора на безумие-галлюцинации или материализацию страхов.

/*размышляя вслух*/ Если считать важным критерием пункт «а на самом деле, убийца не был одним из них», то помимо демонов-призраков сюда попадут всемогущие маньяки (вдруг кто-нибудь заранее спрятался на острове?), тайные операции спецслужб (это всё провокация Дневного Дозора!) и… пришельцы? Маньяки, спецслужбы и пришельцы — вот нечисть наших дней. У кого-то из френдов я видел ссылку на очередное обсуждение смерти группы Дятлова, где автор доказывал, что туристы участвовали в спецоперации КГБ, а ликвидировали их американские диверсанты. Чем этот вариант отличается от нападения злых духов? Тем, что американские диверсанты входят в нашу картину мира, а злые духи — нет?

Если идти от «а на самом деле, они не на острове», привет сериалу «Lost» то тут, помимо классики, предсмертных и посмертных видений, должны быть и современные сюжеты про виртуальную реальность, а так же все промежуточные варианты — общие сновидения, погружение в сознание людей, впавших в кому, и так далее. Мне вот вспоминается «Убик» Филиппа Дика…

Как ни крути, а если куда-то ставить вариант с «не было никакого убийцы, они все сами убились, от страха и нечистой совести», то в Север. Потому что Север — это будущее. Конечно, мы не можем предугадать, какие сюжеты будут актуальны в будущем, но ничто не мешает нам всё это выдумать. Пока этот сюжет встречается редко, в будущем он выйдет на первый план, почему бы нет?

Расщепление личности, «сумасшедший негритёнок» — Запад, очевидно.
Внешнее Зло, «их всех убил остров» — Юг. Всё-таки, в этом варианте чувствуется отголосок глухой архаики. «Отец моего отца рассказывал: семья его брата откочевала к дальнему озеру. Ни слуху ни духу — через месяц пришли их проведать, а там шатры стоят, да кости белеют. Нехорошее место было…»
Оставшийся вариант, «они все уже мертвы», отходит Востоку.

Иначе говоря, эти сюжеты можно отложить на временную ось, получив необходимую последовательность: Древность — Прошлое — Настоящее — Будущее. Достаточно представить, какая «барьерная технология» требуется каждому из этих вариантов:

1. Внешнее Зло — суеверие. Знание, что нечто неведомое может вторгнуться в нашу жизнь и погубить её. Ну это практически то, что в нас заложено.
2. Посмертие — представление о бессмертии души. Разработанная концепция посмертной судьбы души, посмертного воздаяния, расплаты за поступки. Сама возможность каких-то приключений и переживаний за порогом смерти. Явно нечто более сложное, чем предыдущий пункт, правда?
3. Безумие, расщепление сознания — концепция многоуровневой психики. Психология и психопатология должны получить достаточное развитие для того, чтобы их концепции проникли в культуру. По меньшей мере, сумасшедших должны перестать сжигать, пытать, сажать на цепь. Должны появиться лечебницы, в которых специалисты будут пытаться разобраться, что именно не так с этими людьми. Значит, необходимо уважение к личности — и, одновременно, интерес к субъективному восприятию, как таковому. Короче, по сравнению с традиционным обществом, необходимы изменения в области науки, политики, искусства.
4. Катастрофа, вызванная сочетанием обстоятельств и допущенных ошибок, прошлых и настоящих, отсутствие сознательного злого умысла — развитие социальных наук, социального моделирования, теории хаоса, теории катастроф и так далее. Здесь на уровень массовой культуры попадают концепции какой-нибудь «психодинамики», «социоинженерии» и «общей теории поведения малых групп».

[Ещё один вариант — матрица 2×2. Если использовать вышеназванную нумерацию, то 1 и 4 помещают происходящее в реальный мир, в отличие от 2 и 3. 1 и 2 имеют дело с объективными факторами, в отличие от 3 и 4.]

Здесь была длинная цепочка ассоциаций; я вспоминал, что ещё у меня связывается с образом «сумасшедшего негритёнка, который всё выдумал».

Ну да, постмодернизм, этот термин всё объясняет.

Ещё я вспомнил мениппею… нет, не ту, а вот эту. Был такой человек, Барков, который считал, что ряд известнейших произведений мировой литературы представляют собой менипею, сюжет в сюжете… вернее, проекцию многомерного мета-сюжета на линейное повествование… через призму восприятия скрытого рассказчика, который сам является одним из героев. При этом, одни и те же персонажи могут вводится в текст под разными именами, мы видим их с разных сторон, и так далее.

Приведу пример. Возьмём «Трудно быть богом». Если это мениппея по Баркову, то…

— Тест написан от имени скрытого рассказчика, который присутствует в тексте в качестве одного из персонажей. Но это не Румата, а то было бы слишком просто.
— Рассказчик, будучи человеком предвзятым, сильно исказил историю «настоящих» событий, произошедших в Арканаре, с целью максимально очернить Румату и выставить его некомпетентным идиотом и нытиком.
— На самом деле, мета-сюжет был создан Стругацкими в качестве комментария к некой совершенно третьей ситуации. А их авторское отношение выражено в гениальном образе скрытого рассказчика. Которого мы не видим, но чей психологический портрет мы должны составить по тем изменениям, которые он внёс во внутренний сюжет книги по отношению к «настоящим» событиям. Которые мы должны реконструировать.

Таким образом, у нас есть сюжеты о том, как сумасшедший человек рассказывает о событиях, которые он якобы пережил. А мениппея — это рассказ о событиях, проанализированный с точки зрения сумасшедшего (который во всём видит тайный смысл и второе дно, ага). Но, конечно, не в упрёк Баркову будет сказано; лучше честный псих, чем… не знаю… Путин.

Ну да, здесь я вспомнил классический текст arishai «Фильм, который мне довелось увидеть вместо «Звёздных войн», он как раз был навеян теориями Баркова. Этот текст тогда мало кто понял; важно осознать, что это не криптоистория и не срывание покровов. В первую очередь речь там шла о значимых для автора концепциях, а не о творчестве Лукаса, как таковом. И потом… давайте представим, что мы анализируем «ЗВ» сильно со стороны, при этом подозреваем, что данный сюжет создан не вполне нормальным человеком. На что мы обратим внимание? На постоянную тему физических увечий — и на тёмную отцовскую фигуру, которая является источником боли.

Вот arishai, опираясь на свою образную систему, и рассказала о странном мире, в котором голографические записи всегда врут, потому что являются материальным воплощением бредовых иллюзий неадекватного рассказчика. «Свою реальность он «осуществляет» через искажение записей Ар2 Ди2, т.е. единственным доступным ему средством… Но, повторяю, рассказчик производит впечатление не совсем психически здорового«.

…А метод постмодернизма, приложенный к истории, дал нам тот рак мозга, который зовётся «Новой хронологией». Но если подумать, там мы видим весь набор. Распад Империи на множество отдельных стран. Распад единой истинной истории на множество выдуманных историй. Распад реальных исторических лиц на множество двойников — отдельно в древней, библейской, церковной, русской, восточной и мировой истории. Нечистоплотный рассказчик, пишущий эти самые выдуманные истории. Более того (это уже в текстах продолжателей дела Фоменко) — нечистоплотный рассказчик, недовольный тем, что ему приходится делать, но вставляющий себя в собственные фальсифицируемые тексты в качестве своеобразной подписи и намёка на истинные обстоятельства.

По сути, всё это метафоры расщепления психики. Иногда это проговаривается почти вслух, как у фоменкистов-герасимовцев:

«Разрушение идеи единства человечества.
Это самый главный и самый глобальный по своим долгосрочным последствиям результат. Человечество перестало восприниматься населением Ойкумены (и прежде всего территориальными властными и другими элитами) в качестве единого социального организма, в качестве единого всечеловека Адама.
С точки зрения автора, библейская легенда о Вавилонской башне — это философское осмысление того, что же реально произошло с человечеством в XVI веке».

«Новая хронология» — это анализ рассказа о событиях, написанный для сумасшедших.

==============

А вот интересно, если говорить про раскрытие сути на примере «Десяти негритят» Агаты Кристи (по мотивам рисунка nik_aragua), какие выводы и какие действия напрашиваются в подобных ситуациях?

Юг: «…А на самом деле, всех убивал остров — воплощённое Зло».

Если мы это осознаём, решение простое — найти это самое Зло и убить его. Большое Зло убить сложнее, чем маленькое, но в целом, задача уже чисто техническая. Опять же, смотрите романы Стивена Кинга, там эта тема раскрыта. Тварь из «Оно» вычислили и упокоили, отель из «Сияния» сожгли.

Восток: «…А на самом деле, нет никакого острова, остров — это иллюзия».

Вероятно, в этом случае правильное решение — проснуться. Если же мы умерли и находимся в посмертии — мы должны признать это, отказаться от вещей, которые заставляют нас воспроизводить данный сюжет, а затем двигаться дальше — на более высокий уровень посмертия или в следующую жизнь. Собственно, с точки зрения индийской концепции реинкарнации, каждая наша жизнь является посмертием по отношению к предыдущей, в связи с чем мы вынуждены разгребать проблемы своего прошлого воплощения, раз за разом переживая схожие ситуации. (В современной стерильной псевдо-фантастической манере этот случай показан в фильме «Исходный код».)

Запад: «…А на самом деле, ты всё это время неадекватно воспринимал реальность, и «негритятами» были различные аспекты твоей изначальной личности».

Мне кажется, ответом на расщепление личности должен стать новый синтез — человек признаёт все грани своей психики, но преобразует их в неотъемлемые части единого и гармоничного целого. В фильмах эта линия проявлена не очень чётко, подобный сюжет выработан слабо. Оно и понятно, в американскую массовую культуру концепция множественной личности попала лишь в семидесятые годы 20 века, т.е. число произведений всё-таки ограничено, а историй с хэппи-эндом среди них ещё меньше. Вроде бы у Роберта Шекли был рассказ про подобный синтез, он его даже в повесть потом переработал, если я не ошибаюсь.

Север: «…А на самом деле, никакого убийцы не было».

А вот тут я застрял. Что можно предложить в этом случае?