***

Подводя итог. Я хотел обойтись тремя прогнозами, но, как видите, их получилось четыре. Все варианты можно разместить в трёхмерном пространстве «прогнозов». Две оси — общие для 1999 и для 2016 года, доступность ресурсов/энергии и целенаправленная социальная трансформация на посткапиталистических и некапиталистических принципах. Третья ось — из прогноза 1995 года, фрагментация крупных социальных структур.

Каждая ось может работать в обе стороны. Центробежные процессы могут смениться центростремительными. От нормирования, планирования и распределения можно опять прийти к рыночной экономике. Ресурсный кризис может смениться изобилием, и наоборот.

В целом, это даёт нам следующую картину:

То, что Питер Фрас назвал «коммунизмом» — это сочетание изобилия ресурсов, сохранения крупных социальных структур (способных осуществлять масштабные проекты) и социальной трансформации на основе экономики доверия и удовлетворения потребностей.

«Стар Трек» на схеме 1999 года — это вектор от рентизма к коммунизму. Роберт Констанца предлагает не трогать капитализм и рыночную экономику, а сосредоточиться на техническом прогрессе. Когда будет изобретена «гравицапа» (дешёвая термоядерная энергетика + тотальная автоматизация труда), социальная трансформация общества произойдёт сама собой.

Разница между рентизмом («Потребляндией») и экстерменизмом — в количестве доступных ресурсов. Разница между экстерминизмом и миром «Бешеного Макса» в том, что в первом случае элиты проводят консолидированную политику по борьбе с «ненужными», а во втором случае каждый сам за себя, элитные группы ведут войну за оставшиеся ресурсы.

Разница между «Потребляндией» и миром «Новой общности», где существуют автономные группы, политические банды, суверенные регионы, города-государства и Global Fortune 5000 — в степени фрагментации человечества. При этом, если в «Новой общности» начнутся перебои с ресурсами, то это будет «Бешеный Макс».

Разница между Экотопией-95 («экологическая социальная политика») и Экотопией-99 (автономные поселения) — опять же, в степени фрагментации человечества.

Четыре варианта 2009 года рассматривают сценарии нехватки ресурсов (по определению), то есть это верхняя грань нашего кубика.

«Коричневые технологии» = экстерменизм, элиты проводят консолидированную политику сохранения своей власти и укрываются в укреплённых анклавах.

«Зелёные технологии» = Экотопия-95, экосоциализм, социальная трансформация и перестройка глобального сообщества на принципах устойчивой экономики и экологического контроля.

«Забота о Земле» = Экотопия-99, автономные поселения, обеспечивающие себя всем необходимым за счёт пермакульутры, «перманентного сельского хозяйства».

«Спасательные шлюпки» = «Бешеный Макс». Всё плохо — элиты отказались от социальной трансформации, итогом стал дальнейший распад и деградация сложных сообществ.

(Таким образом, в схеме Дэвида Холмгрена необходимым условием социальной трансформации является медленное, предсказуемое и благоприятное изменение климата, а к фрагментации приводит резкое сокращение количества доступных ресурсов.)

С точки зрения нашего сеттинга, этот кубик представляет собой сюжетное пространство, которое реализовалось одновременно, просто в разных местах, на разных уровнях и в разной степени. Например, «серые» в основном базируются там, где наложились хищнический капитализм, экологический кризис/исчерпание ресурсов и фрагментация социальных структур. А «фиолетовые» — это сочетание социальной трансформации и фрагментации, причём в ситуации легкодоступных ресурсов и технологий, то есть вплоть до объявления каждого человека суверенной республикой (и далее, вплоть до разделения собственного сознания на отдельные альтер-эго). Другое дело, что далеко не все могут позволить себе так жить.

Каждая нео-татиба пытается колонизировать три соседние вершины. Или, иначе говоря, нейтральные вершины — это место столкновения и взаимодействия разных проектов.

Например, «серые» и «фиолетовые» встречаются в Экотопии-99 (где автономные сельскохозяйственные поселения). «Серым» ведь тоже откуда-то брать продовольствие, и они, как и «фиолетовые», могут предложить поселянам помощь и защиту (и использовать их в качестве источника живой силы). Логично, что подобные поселения порождают нео-феодальные отношения, о которых писал Холмгрен. С точки зрения логики схемы, автономные посёлки с пермакультурой крышуют либо «фиолетовые», либо «серые», либо «зелёные». «Зелёные» просто очень большие и очень разнообразные — от гигантских аркологий и до вольных егерей и технокочевников. Традиционные и неотрадиционные аграрные сообщества тоже относятся к сфере их интересов. «Оранжевых» тут нет, потому что «оранжевым» такая мелочь не нужна, «оранжевые зоны» — это, всё-таки, уже города.

«Коммунизм» — это точка, где встречаются «оранжевые», «зелёные» и «фиолетовые». (Элиты которых точно живут при коммунизме и в деньгах не нуждаются.) Но если серьёзно, то «коммунизм» тут символизирует возможность выхода из кризиса с минимальными потерями, запуск нового витка прогресса. Это их общий проект. «Серых» тут нет, потому что в гробу они видели подобный «коммунизм».

«Новая общность» —- это пространство ожесточённой экономической, идейной и силовой конкуренции между различными группами, бандами и фирмами. Самый киберпанк. Тут встречаются «оранжевые», «фиолетовые» и «серые». «Зелёных» тут нет, они в эти игры не играют. За пределы «зелёных» социумов «зелёные» мемы не выходят и никого там не волнуют.

«Экстерменизм» — «оранжевые», «зелёные», «серые». Собственно, сама система разноцветных зон, между которыми отсутствуют свободное перемещение (и где часть «зёлёных зон» является не более чем сельскохозяйственной и энергетической периферией «оранжевых») — это уже экстерменизм, по крайней мере, с точки зрения «серых». В то же время, «серые» сами поддерживают стабильность зональной системы, выступая в качестве универсальной страшилки: кто не попадёт в «оранжевую зону», тот будет вкалывать в «зелёной», а кто не захочет вкалывать в «зелёной», тех отправят в «серу зону»! «Фиолетовых» тут нет — они зон не признают. «Фиолетовые» будут стараться заползать в трещины между юрисдикциями, находить места, где власть ослабла или её вообще нет.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7